Село заасфаль­тированное

Село заасфаль­тированное

Деревня для одних – это одиночество, адский труд и коровьи лепешки на бездорожье. Для других – независимость, крепкое здоровье и натурпродукты в пределах транспортной доступности. «Село умирает», — говорят одни. «Не дождетесь», — отвечают другие. Василий Дьяков, глава Глебовского поселения, из других. Он убежден, перспективы сельских территорий огромны, для их развития нужны лишь время, деньги, люди. Сложнее всего с людьми.

Двигатель внутреннего возгорания

Территория как товар «двигается» потребителю по тем же законам, что и любой другой продукт. О нем должны знать, и его должны хотеть. Соответственно, задача номер один для деревни – повысить не только надои, но и собственную привлекательность.

К сожалению, на сельское хозяйство, как на крючок, инвестора и туриста не поймать. Они хоть и клюют на разные приманки, но в этом вопросе единодушны: не только сорвутся, но даже не заглотят. Бизнес видит: заросли поля маркиза де Карабаса, технику ждут в музеях железного века, а полученный таким трудом продукт не в состоянии противостоять натиску ритейла.

Экскурсии на «современные» фермы – это круче, чем фильм ужаса в 5D. Разруха, катастрофа кадров и доильные аппараты, работающие лишь мольбами буренок. Колхозы и совхозы в России в основной своей массе — это не концерн БМВ, и туристам их лучше не показывать. Сельхозпредприятия Глебовского поселения не без накатывающих и накрывающих с головой волн, но все же остались на плаву. Однако двигателем торговли территориями в ближайшее время они точно не будут.

Василий Дьяков говорит, что можно представить районные земли в виде свадебного торта и продавать их по кусочку, стремясь выкачать из гостя как можно больше денег. Но рано или поздно кусочки кончатся, и бюджет поселения останется с черствыми крошками. Можно заманивать сюда промышленность и переработку, но когда вокруг вековые деревья, искрящаяся Волга и белые пески побережья, открывать завод — все равно, что строить базу отдыха у свинокомплекса «Залесье».

- В нашем случае направление для развития подсказывает сама природа. И географическое расположение, и социально-экономические показатели, и транспортная схема, и кадровый потенциал говорят о том, что эта территория предназначена для туристско-рекреационного профиля. И развивать его необходимо в комплексе, делая поселение привлекательным не только для гостей, но и для его жителей, — обозначает фронт работы глава Глебовского сельского поселения Василий Дьяков.

Еще три года назад главные административные центры – села Глебово и Погорелка – виделись ему с приставкой «не»: неуютно, некомфортно, непривлекательно. Мрачные дома, заброшенные палисадники, мусорные свалки под окнами – все это, по его мнению, следствие главной проблемы – неверие самих жителей в перспективы, негативное мышление, коллективная безнадега. Василий Дьяков считает, чтобы изменить отношение к родному краю, нужно дать людям повод для гордости. Параллельно эти же поводы могут стать отличными туристическими «фишками»-брендами.

По поводу и без

Натуральных, реально существующих брендов в Глебовском поселении нашлось больше, чем в костюмированных египетских деревнях бедуинов, куда так любят возить русских туристов. Стоило лишь поинтересоваться, чуть копнуть поглубже, как люди и события сделали краю такую историю, которую не придумать ни Джоан Роулинг, ни Роберту Гэлбрэйту.

Сама природа отметилась здесь как минимум трижды. Пласты на знаменитых глебовских геологических обнажениях ежегодно считают студенты-историки, местные школьники знают, что «чертовы пальцы» — это останки вымерших беспозвоночных животных класса головоногих моллюсков, а Стивен Спилберг нашел бы здесь реальные декорации к своему «Парку Юрского периода».

Кедровые рощи села Раздумова с системой фонтанов и усадьбой Тихменевых при определенных финансовых вложениях и грамотном пиаре вполне могут стать местными бунинскими аллеями, равно как и Погорельский парк с многовековыми деревьями - еще один природный памятник регионального значения.

А если согласиться с мнением, что человека формирует среда, то это во многом объясняет повышенную концентрацию действительно талантливых, неординарных и знаменитых личностей, родившихся здесь.

Платон Радонежский – музыкальная гордость этих мест. Сын священника, прославивший Россию на великих оперных сценах мира, родился в Коприне. Чем не бренд? И местные маркетологи уже взяли имя в оборот. В память о великом предке в Погорелке ежегодно проходит музыкальный фестиваль «Золотая рукавичка». По легенде, такую рукавичку певцу подарил за прекрасное исполнение император Александр II. Эта история и натолкнула селян на создание еще одного бренда — музея рукавички. И пусть пока это маленькая экспозиция собранных по селу варежек, но в будущем она может стать большим калачом в сфере туристических интересов.

Живописная знаменитость поселения – художник Василий Трамзин. Он родился в деревне Калита и всю жизнь рисовал свои лирические пейзажи на местной натуре. Искусствоведы говорят, Трамзин и как человек, и как художник вырос на берегах Волги. Художник умер почти 20 лет назад. Сохранились его полотна, дом-мастерская, многие земляки знали мастера лично и могут быть источниками информации о нем, но галерею имени Трамзина в Погорелке открыли только 27 июля этого года. Чего ждали? Наверное, появления человека, который понял, как это важно, полезно и, чего юлить, выгодно для развития села. Ну, и как полагается, волшебного пендаля.

Василий Дьяков сокрушается, что без должного внимания пока остается фигура еще одного уроженца здешних мест – экономиста, предпринимателя, организатора российской, а затем и советской молочной промышленности Александра Чичкина. Ему принадлежит до сих пор востребованная и применяемая во многих странах мира методика воспитания, продвижения и стимуляции сотрудников. Известно, что в 1982 году в СССР приезжали японцы, для того чтобы вручить 2,5 миллиона долларов наследникам Чичкина, создавшего систему управления, которая помогла им сотворить «японское экономическое чудо». А начинал сын лоцмана на местной сыроварне, кстати, тоже первой артельной в этих краях.

Дьяков понимает, возродить сейчас сыроделие – это не только последовать историческому предназначению, но и привлечь в село сотню-другую туристических автобусов.

По большому счету, природный «турнатурмаршрут» по рощам и паркам можно открывать уже сейчас. А музей рукавички, фестиваль Радонежского, галерея Трамзина – это лишь часть исторически оправданных мотивов, на которых можно делать бизнес. Правда, в погоне за памятниками и наследием прошлого важно не заиграться в даты и их притягивании за уши. Так, жители Глебова откровенно не поняли, какое отношение их село имеет к памятнику французским резервистам, об установке которого заговорили этой весной. Оказалось, таким образом было решено увековечить память о Первой мировой, тем более на подходе круглая дата, а Глебово в свое время было пунктом сбора для формирования резервных войск. Старожилы вспомнили рассказы предков о месячных постоях солдат, которых нужно было кормить в ущерб собственным семьям, и будущий знак тут же посвятили нахлебникам и тунеядцам. Стало ли народное мнение тому причиной, неизвестно, но в этом году памятник решили не устанавливать.

Клондайк для своих

Сам глава поселения народного сарказма не разделяет. Василий Дьяков смотрит дальше, анализируя, как с пользой для территории можно развить тот или иной исторический факт, «оживить» знаковую личность, распорядиться дарами природы. В планах на будущий год — создание в районе Петракова экодеревни, в которой измученные лобстерами москвичи ели бы кашу из печи, косили косой-литовкой и просыпались под петушиные акапеллы. Но любой памятник, говорит глава, превратится в каменного истукана, экодеревня — в потемкинскую, если инициативы сверху не будут поддержаны снизу.

- Мы хотим, чтобы все наши ценности вышли за рамки локальных краеведческих интересов, были востребованы туристами, отдыхающими, гостями. Но развлекать приезжих без пользы для населения мы не намерены. Нужны рабочие места, личная заинтересованность, творческий и предпринимательский запал. Наша задача — помочь, поддержать, создать условия для самореализации и самозанятости. Мы можем генерировать идеи, но их воплощение — это компетенция бизнеса. Жители должны включиться и поучаствовать в развитии и своего края, и своего дела. Инициатива есть, но она недостаточная. Возможностей много, желающих мало, — признает Василий Дьяков. По его мнению, из-за нескольких десятилетий полного безразличия к проблемам деревни со стороны бизнеса и государства селянам теперь нужно время для ментальных сдвигов в обратную сторону. Хотя по всем раскладам территории, подобные Глебовской, – это Клондайк для предпринимателей. Потенциальный туристический интерес есть, занятых сфер и конкурентов практически нет.

Не будем лукавить, прекрасных мест отдыха на природе и славных земляков в Рыбинском районе можно найти много, а вот «Ярославское взморье» пока одно. Глобальный туристско-рекреационный проект, развернувшийся на побережье Волги, – это счастливый билет для сельской территории, что бы там ни говорили патриоты и краеведы, яростно отстаивая родные лютики. Разумеется, инвестор вкладывает огромные средства не по доброте душевной альтруиста-филантропа, а преследует вполне конкретные цели – получить прибыль. Но смешно причитать о капиталистах-захватчиках, изрубивших в щепки милый сердцу березового ситца уголок, когда «пришлый» строит дороги, прокладывает коммуникации, платит такие налоги, которые раньше даже абсолютным утопистам могли только сниться.

Еще три года назад бюджет Глебовского поселения составлял 6 миллионов, сейчас около 30. По словам Василия Дьякова, его территория — одна из немногих не получает дотаций из районной казны. При этом села приосанились, скидывая заплесневевшую ветошь забвения: идут восстановительные и ремонтные работы в домах культуры, спортзалах, библиотеках, школах, благоустраивают площади. Социальное жилье и рабочие места ждут молодых специалистов. Плюс инвестор оказывает спонсорскую помощь, восстанавливая храмы и открывая новые группы в детских садах. Таких масштабных преобразований в поселении не было последние лет тридцать.

Но самое главное, подобные проекты вдыхают жизнь в увядающие щеки когда-то плодородной и густонаселенной земли. Сюда едут одни люди и дают работу другим. Да, между ними социальная и классовая пропасть, одни летают на вертолетах, а другие — только во сне, но они не могут друг без друга. С людьми приезжают деньги, а это уже вызов бизнесу, которого провоцируют на свершения.

- Ярославское взморье» охватывает небольшой участок земли площадью 1, 5 га, но он является тем стержнем, который должен подтянуть за собой и другие населенные пункты. Я как глава не могу позволить, чтобы четыре населенных пункта развивались, а еще 94 умирали. Да, без дотаций некоторым деревням не обойтись, да, неизвестно, что делать с наследием, оставленным Минобороны в виде заброшенных военных городков в Белеве и Кобостове, но, имея такой мощный инвестпроект, нужно использовать его как лобби для комплексной «реанимации» территории. У нас не будет моногорода, у нас будет город из деревень», — Василий Дьяков нащупал эффективный «автопульс» для своего поселения.

Крестное знамение

Глава признает, до сельской идиллии, когда все счастливы, сыты и танцуют кадриль, еще далеко. Из 250 вакансий, о которых отчитывались чиновники во время открытия новой гостиницы, местные жители смогли занять лишь 10 процентов. И те в основном в категории «обслуживающий персонал». На другие позиции не хватает образования, квалификации, чистоты ногтей и много чего еще. В отремонтированные дома культуры вернулась жизнь, самодеятельность, вечерние чаепития и народные песни за заснеженным окном. Но разлюли-малина — это, безусловно, колоритно и очень по-народному, однако ею не удержать молодежь, которая бежит в город от ноющей скуки и однообразия. Работа, зарплата, жилье, досуг, инфраструктура кирпичами ложатся на одну чашу весов у людей среднего возраста, в то время как на другой — лишь желание сбежать от урбанистической пыли, суеты и нервотрепки. Впрочем, Василий Дьяков со словом «лишь» не согласен.

- Жить на селе — не значит работать около коровы, не поднимая головы. Человек получает совершенно иные, более качественные условия жизни. Натуральное питание, чистый воздух, экологичное жилье, в котором комфортнее, удобнее, спокойнее и безопаснее, чем в городских квартирах. При достойном заработке, развитой инфраструктуре и доступных культурных ценностях селяне будут жить на порядок лучше горожан, — убежден глава.

Ему уже есть, что предложить молодежи. Она пока не заезжает рейсовыми автобусами, но и динамика населения, отрицательная за счет «эмигрантов», остановилась. Существующее равновесие говорит о том, что появился выбор, и кто-то ставит свой крестик в пользу деревни, а значит, крест на ней ставить рано.

Также рекомендуем прочитать:

  • ТУТ Я ЛУЧШЕ ЖИЗНЬ ПОНИМАЮ.  ТУТ Я ГЛУБЖЕ ЧУВСТВУЮ РУСЬ.
    ТУТ Я ЛУЧШЕ ЖИЗНЬ ПОНИМАЮ. ТУТ Я ГЛУБЖЕ ЧУВСТВУЮ РУСЬ.
    Культура
     
  • «Ярославское взморье» предложили сделать популярнее рижского аналога
    «Ярославское взморье» предложили сделать популярнее рижского аналога
    Бизнес, Отдых
     
  • Кому самостоятель­ность на пользу
    Кому самостоятель­ность на пользу
    Политика
     
  • Курорт на Рыбинском море
    Курорт на Рыбинском море
    Отдых
     
  • Ураган прошелся по району
    Ураган прошелся по району
    Общество, Происшествия